— Ну у тебя и нервы.

— Иди на пенсию, раз тебе нервов не хватает. Езда на «скорой» — это тебе не детская забава.

Ханзи Мунц сообразил, что Бимбо сейчас ничего не хочет слушать, да он и сам был рад, что они все-таки успевают за донорской печенью.

Потому что было без трех пять и они практически уже были на месте. Благодаря операции с выездом на тротуар и на встречную полосу дороги Бимбо определенно выиграл две минуты.

— Вот черт! — выругался Бимбо, когда они были уже у въезда в ЦКБ. Потому как навстречу им, так сказать, скользя по течению, летел семьсот двадцатый, тоже с мигалкой и сиреной.

— Какой хрен ездит сегодня на семьсот двадцатом?

— Да Ланц этот.

— Вот именно.

Бимбо не мог поверить, что Ланц, старая размазня, обставил его в гонке за донорской печенью.

— Еще успеем. — Мунц попытался успокоить Бимбо. Машина толком не остановилась, а Бимбо уже несся как спринтер. Потому как по нечетным дням донорскую печень всегда забирает водитель, а по четным напарник, так уж у Бимбо с Ханзи Мунцем с незапамятных времен повелось, а сегодня был понедельник, 23-е, этого Ханзи Мунц никогда не забудет, даже если проживет сто десять лет, как фрау Зюсенбруннер, которую они две недели назад в последний раз отвезли на занятия для больных Паркинсоном.

От места парковки до ларька с сосисками метров пятнадцать-двадцать. Потому что ларек стоит прямо на газоне, совсем рядом с новым музыкальным павильоном. На пятнадцать метров оставалась целая минута, даже больше, для этого Бимбо вовсе не нужно было так нестись. Два раза по донорской печенке с перцем и сладкой горчицей — времени на заказ в любом случае хватит, ведь ларек закрывается ровно в пять. Потому что в этом вопросе Рози из ларька стоит насмерть: кто успел встать в очередь до пяти, еще свое получит, а после пяти бесполезно.

У Ханзи Мунца уже живот подвело, и теперь он тоже досадовал, что Бимбо пришлось встать за Ланцем. Так что придется смириться с задержкой и подождать, пока он получит свою порцию горячей донорской печени.