– Доктор, скорее, сделайте хоть что-нибудь! – закричал Берт, глядя, как Рипли бьется в судорогах на кровати. Только что каменное и лишь слегка морщащееся от неудовольствия лицо превратилось в отталкивающую маску боли, отчаяния и безотчетного страха. – Скорей же! Скорей!

«Почему этот монстр застрял во мне? Сколько времени будет продолжаться эта боль?» – стонала Рипли. «Почему они не стреляют? Неужели им не ясно, что я уже мертва?!»

– Убейте меня! – отчаянно завопила она. Чудовище лязгнуло зубами, его когти сжались, вырывая внутри клочья мяса. – Нет! Нет!!! – Сумасшедший вопль раздирал Рипли, как когти монстра. «Сколько это будет продолжаться?»

– Боль перешла за предел чувствительности, давая ей передышку, достаточную для того, чтобы провалиться в беспамятство.

«Неужели это была галлюцинация?» – спрашивала себя Рипли, очнувшись вечером на той же кровати. Ничто вокруг не подтверждало реальности кровавой драмы. Все прибрано, чисто, спокойно… Улыбаясь, к ней подходила Хедли. Что-то тяжелое лежало на ногах; приподняв голову, Рипли убедилась, что это был Джонси.

– Вы уже успокоились? – обыденно поинтересовалась доктор. – Я принесла вам снотворное…

– Я достаточно спала, – покачала головой Рипли. Ей нужно было прийти в себя и разобраться в собственных чувствах. Разобраться самой – положиться было не на кого.

«Итак, со мной просто случился истерический припадок. Но значит ли это, что Чужих действительно нет? Может быть, тот был последним… А скорее всего, о той планете просто забыли. Или узнали о нашей судьбе и решили прекратить ее исследование. Пусть будет так. В конце концов, если бы об этих тварях знали, они были бы намного осторожней со мной. Скорей всего, просто не рискнули бы меня подобрать».

Ее мысли сложно было назвать глубокими, но на другие сейчас она была не способна. Достаточно и того, что они успокаивали.