Я улыбнулся девушке» сидящей рядом со мной, и она тоже ответила мне слабой улыбкой.

— Я все время спрашивала себя, куда вы так несетесь, — заметила она.

После этих слов она придвинулась ко мне поближе, и я, естественно, обнял ее одной рукой. Может быть, это было и не очень естественно, потому что произошло слишком скоро, но зато очень приятно.

Я съехал с шоссе и остановил машину на обочине. Дворники отключились, ветровое стекло полностью замутнело. Тесный салон машины стал единственным и осязаемым миром.

Только теперь мне удалось как следует рассмотреть Риту. Несмотря на то что ее лицо было измазано грязью и растекшейся косметикой, она была очень хороша. Особенно меня поразили ее светло-голубые с поволокой глаза. Она взглянула на меня и откровенно сказала:

— Давай не будем делать этого, Эдди.

— Хорошо, я буду вести себя прилично.

— Это потому, что ты мне очень нравишься, Эдди, — Ничего себе объяснение, — засмеялся я.

— Мне хочется, чтобы ты мне не разонравился. Может быть, это глупо, но не надо так на меня смотреть. Пожалуйста! Мне это неприятно. Я сейчас такая грязная и противная…

— У меня другое мнение.

— Пусть так, но все равно, перестань меня разглядывать.

— Хорошо, — я наклонился и выключил свет. — Теперь я уж точно ничего не разгляжу. Ты довольна?

— Буду довольна, если ты не станешь ко мне приставать. Ты уж меня извини!

— А за что я, собственно, должен тебя извинить?

— Приходится все говорить напрямик. С тех пор как я приехала на ярмарку на прошлой неделе, я только и делаю, что отбиваюсь от мужчин. Все циркачи просто скоты.

— Не все. Например, мой дядя, Хоги и…

— Я не имела в виду Хоги. Он мне почти как родной. Он знал моих родителей, а Мардж была самой близкой подругой моей матери. Это он нашел мне работу на этой ярмарке. Кроме того, они с Мардж так влюблены друг в друга, что невозможно себе представить, чтобы он приударял за кем-то еще.