— Я припоминаю, что всё было именно так.
— Фройляйн Клозе является для нас одним из кирпичиков, из которых собрано сооружение, именуемое Берлином. И мы должны совершенно равнодушно относиться к этому очаровательному кирпичику, не смотря ни на какие его качества. Иначе нам будет труднее достигнуть поставленной Исаевым цели. Хотел бы я знать, как он собирается свергнуть кайзера без применения насилия.
С этими словами Холмс отошёл ко сну. Если честно, то мне совершенно не понравилось сравнение прекрасной молодой девушки с каким-то кирпичиком. Конечно, о переносном значении этого слова и речи не шло Глава V. Разговоры и споры На следующий день, в воскресенье, мы собрались в гости к Эрнсту Штольцу. Фиакр, континентальный собрат кэбов, отвёз нас на Йоркштрассе. В дверях нас встретил сам Штольц. Выяснилось, что он выступает против использования прислуги, и вдобавок домохозяйка, фрау Гессе, постоянно отсутствует дома. К счастью, фрау Гессе доверяла своему квартиранту и потому предоставила ему ключи от квартиры. Мы имели возможность побывать в гостях у Штольца в отсутствие хозяйки, которая, как и многие законопослушные немцы, могла помешать нашим планам. Гостиная напомнила мне нашу уютную гостиную на Бейкер-стрит, 221Б. Разница была в том, что здесь не было «уголка химии», табака и вензеля королевы (вернее, кайзера), зато на столике стоял «ремингтон». На стене мы увидели заполненные книжные полки. Как только мы освоились с обстановкой, пожаловала фройляйн Клозе. Исаев шепнул, что в присутствии дамы нам придётся воздержаться от курения. Штольц вежливо пригласил нас к столу. Холмс прислонил скрипку к стулу. Разведчик изучал интерьер со свойственной ему задумчивостью. Я же, выполняя наказ Холмса, старался держаться подальше от высокой, волоокой красавицы с идеальной фигурой. Я, как врач, мог бы заподозрить чахоточную красоту
