В то время Бодвар отстраивался заново, и жители его были уже не те, что до войны. Когда жулье, расположившееся в бывшей герцогской резиденции, попыталось поживиться за счет города, злодеям ясно дали понять: с ними поступят так же, как граф Рондинг поступил с людьми Шембарта, – перекроют все выходы и уморят голодом.

Итак, грабить горожан оказалось себе дороже, а работать подобно прежним новые обитатели замка не умели и не хотели. Нужно было искать какое-то иное решение. И оно нашлось.

Контрабанда всегда процветала на Северном побережье. Даже честнейшие среди моряков и рыбаков не брезговали побаловать себя беспошлинным табаком, а жен – обновками. В этом отношении беглецы могли предложить горожанам богатый опыт и знания по части потайных троп, укрытий, а также связей с другими провинциями. Это было весьма кстати, поскольку в Бодвар снова стали заходить корабли. Так с тех пор и повелось.

Хотя жизнь в больших городах вошла в спокойное русло, Бодварский замок не оставался без обитателей. Кто-то не поладил со своими беззаконными собратьями в других местах, кого-то влекли сюда деловые интересы. Благопристойный город и замок-притон превосходно уживались. Правительство в Эрденоне смотрело на местные развлечения сквозь пальцы. Имперские чиновники достаточно просидели в замиренной провинции, чтобы понять: окончательно искоренить контрабанду нельзя, а пар иногда выпускать необходимо.

Только однажды какой-то не в меру ретивый ландхевдинг (новая администрация поощряла исконно эрдскую терминологию, которой, в сущности, никто не помнил) решил единым наскоком уничтожить преступный очаг над Бодваром. Дело кончилось позорным провалом. Обитатели замка заблаговременно узнали о приближении конных жандармов и успели подготовиться к встрече гостей. Как раз тогда и уничтожили то, что оставалось от довоенной дороги, оснастив ее всеми пренеприятнейшими для кавалерии сюрпризами – ловушками, завалами, «чесноком». Жандармам пришлось спешиться, однако им приказано было идти на приступ. Последовавшая потом жалкая пародия на штурм закончилась бегством поборников закона. Карательной экспедиции в отместку за посрамление не случилось: то ли кто-то из больших людей в столице провинции имел свой процент с предприятий Бодварского замка, то ли там просто не любили дураков.