Тогда и решим, какой смерти его предать. Конечно, хорошего впереди было мало, но все же я получил отсрочку. Когда косматый дикарь заносит над тобой окровавленный нож, бываешь благодарен и за малое снисхождение. Он вытолкнул меня из залы, потащил вниз по лестнице и снова швырнул в ту же камеру. Щелкнул замок, и я остался наедине с собственными мыслями. Первым делом я решил снестись со своим соседом и товарищем по несчастью. Я подождал, пока шаги не замерли вдали, потом осторожно вынул обе доски и заглянул в щель. Так как было почти совсем темно, мне удалось лишь смутно различить фигуру, съежившуюся в углу, и я услышал шепот: узник молился так горячо, как молится человек, охваченный смертельным страхом. Должно быть, доски скрипнули. Послышался удивленный возглас. - Мужайся, друг мой, мужайся! - воскликнул я. - Не все еще потеряно. Не падай духом, ибо с тобой Этьен Жерар. - Этьен! - Голос был женский, и он прозвучал для меня как музыка. Я мигом протиснулся в щель и обнял девушку. - Лючия! Лючия! - воскликнул я. Несколько минут только и слышно было, что "Этьен!" да "Лючия!", ведь в такие минуты не до разговора. Она опомнилась первая. - Ах, Этьен, они тебя убьют. Как ты попал к ним в руки? - Я получил твою записку. - Но я не писала никакой записки. - Коварные дьяволы! Ну, а ты? - Я тоже получила записку от тебя. - Лючия, да ведь и я не писал записки. - Значит, они поймали нас обоих на одну удочку. - О себе я не беспокоюсь, Лючия. К тому же мне сейчас ничто и не грозит. Они просто снова посадили меня сюда. - Этьен, Этьен, они тебя убьют! Ведь там Лоренцо. - Это кто, старик с седой бородой? - Нет, нет, молодой, черноволосый. Он любил меня, и я тоже думала, что люблю его, пока... пока не узнала, что такое настоящая любовь, Этьен. Он не простит тебе этого. У него сердце из камня. - Пусть делают что хотят. Они не в силах отнять у меня прошлого, Лючия. Но ты... Что будет с тобой? - Да ведь это совсем не страшно, Этьен.