Цветочная лавка располагалась совсем недалеко от дворца. Шут даже дублет не стал застегивать, набросил как попало и, растрепанный, бегом побежал через оживленные улочки Внутреннего Города. Дыхание весны уже коснулось Золотой: воздух был наполнен запахами пробуждающейся влажной земли, теплыми ветрами с юга и птичьим щебетом.

Ворвавшись в лавку, Шут припечатал к столу большую серебряную монету.

— На все! — выдохнул он.

Перепуганный лавочник недоуменно посмотрел на монету, потом на всклокоченного дикоглазого посетителя с шальной улыбкой на лице.

— Чего это вы, господин Патрик, с утра носитесь, точно вас бешеный пес покусал? Кто же так шумит спозоранку. Дверь мне вон едва не разбили, — все-то он преувеличивал, этот зануда. Дверь у него, хоть и с окошком узорчатым, а покрепче иных ворот. — Каких цветочков изволите? В букетах, в вазах? По сколько штук?

Шут растерялся. Прежде он никогда не делал таких покупок. Если надо было произвести впечатление на дам, обрывал розы прямо с куста в саду. Лавочник поглядел на гостя и усмехнулся: все понял без слов. Выкрикнул двух своих подмастерьев и что-то им быстро растолковал.

— Куда доставить-то, — спросил он.

— Доставить… я думал сам отвезти, — Шут вовсе не хотел лишний раз давать пищу для дворцовых слухов. А если ученики цветочника побывают в новом доме бывшей королевы, то пересуд уж точно не миновать.

— Сами! — воскликнул лавочник. — Да на эти деньги знаете сколько выйдет? Только вдвоем и управиться.

Мгновение Шут колебался, потом махнул рукой и быстро объяснил, как добраться. А к словам своим добавил еще одну серебряную монетку поменьше.

— Узнаю, будто разболтали, — сказал он с самым серьезным видом, — пришлю к вам моего шамана. Он-то лишних слов не любит… — шутил конечно, но искренне надеялся, что получилось достаточно внушительно.