- Секите, пока не побелеет.

Теперь он был болен, испуган и напрягал всю волю, чтобы не выдать испуга. Постепенно его голос становился тверже:

- Кроме старшей дочери - никому. И что, по-вашему, следует предпринять?

- Облучение. Есть еще новые препараты... - ответил Уолтер. - Надо немедленно заказать самолет. Может быть в Филадельфию? Я моту посоветовать там хорошую клинику.

- вы полетите со мной, - сказал сеньор Луис, и его слова прозвучали как приказ.

- Но у меня больные...

- Все будет оплачено! - нетерпеливо воскликнул плантатор.

- Я не могу оставить своих больных, - пробовал сопротивляться Уолтер, представляя себе в то же время сестру и ее малышей, которым нужно купить эиммюю одежду.

- Я теперь тоже ваш больной, - настаивал сеньор Луис, несколько отвлеченный этим cпором от мрачных мыслей. - И притом тяжело больной. За одну эту поездку вы получите такую же сумму, которую зарабатываете здесь за три года. Кроме того, я уплачу доктору Вальеросу, чтобы он наведывался к вашим больным. Ну как, идет?

Уолтер кивнул.

- Итак, телеграфируйте в клинику, заказывайте билет на самолет, берите все необходимое, - командовал сеньор Луис. Он уже полностью овладел собой и снова вошел в ту роль, которую играл всю жизнь.

Паккард ожидал доктора у подъезда. Одуряюще пахли цветы; растопырив пальцы, удивлялись себе пальмы. Серые попугаи глядели с веток вслед машине.

Паккард свернул с пальмовой аллеи на узкую пыльную дорогу, и вдали замелькали нищие хижины. Негры на хлопковых плантациях жили, как и десять, и двадцать, и пятьдесят лет назад: бпали на грязных подстилках, много работали, мало отдыхали. Словно и не было расщепления атома, полетов спутников м ракет, словно время остановилось для них. Но доктор Кроумэн знал, что в этом "остановившемся времени" накапливается возмущение и уже тлеет фитиль.

Доктор вышел из автомобиля и направился к одной из самых маленьких и грязных хижин, стоивших на отшибе. Он приподнял полог, сплетенный из лиан и заменявший дверь, и невольно поморщился от зловония.