- Самое интересное, - задумчиво начал Изобретатель, - что все, что звучит у вас как <штамп>, <не в тон> и так далее, имеет для меня вполне отчетливую электрорадиационную подоплеку. Вы говорите <штамп>, а я вижу в этом потери на конденсаторный гистерезис в нейтронных контактах головного мозга. Вы говорите <не в образе>, а для меня это означает, что в оболочке ганглиев у нее слишком долго остается ненужное уже напряжение. Своим аппаратом я все это регулирую, и... - Он глянул на главрежа и прервал себя: - Одним словом, я вам из нее Пашенную сделаю. Весь город с ума сойдет.

- Да какая там Пашенная! Вы добейтесь, чтоб из ансамбля не выпирала. Не портила хоть. - Главреж положил вдруг руку на сердце. - Тьфу, дьявольщина! Опять защемило. Ей-богу, мы тут все до инфаркта дойдем. Но с другой стороны, как быть спокойным? А?.. Вот опять весь спектакль буду сидеть за кулисами, накручивать. Иначе они вообще мышей ловить перестанут.

- Ничего, - сказал Изобретатель. - В чем у вас сегодня Заднепровская, в <Бешеных деньгах>? Ну и отлично. Об этой роли в Москве писать будут, из ВТО к вам приедут, вот увидите. У меня все научно обосновано. Не читали мою статью в <Театральной жизни>?

- Читал. - Главреж уже снова вытащил из груды хлама какой-то кусок холста. - То есть проглядывал. А этот ваш ящик на каком расстоянии от актрисы нужно устанавливать?

- Непринципиально, - ответил Изобретатель. - Установка действует в радиусе до двадцати пяти метров.

Перед самым началом вечернего спектакля, когда уже прозвенел третий звонок. Изобретатель - он установил машину в первой ложе - выскочил в коридор.

- Салтан Алексеевич, хорошо бы ее как-нибудь успокоить перед выходом на сцену. Понимаете, создать момент торможения на внешние обстоятельства.

- Кого? - остервенело оглянулся главреж.

- Ну, Заднепровскую. А то и аппарат не подействует. Научно-медицинский факт - она должна быть в спокойном состоянии.

Главреж воздел руки к небу. Изо рта у него хвостиком торчала прозрачная пластиковая кожица колбасы.