Неожиданно для себя Николай оказался рядом с разбросанными ящиками, окруженными дерущимися, насколько позволяла теснота, людьми. Ноги зацепились на неподвижное тело в сером, и напор толпы швырнул его вперед. Он успел выбросить вперед руки и смягчить удар, инстинктивно ухватился за что-то горячее и мягкое, и тут на него сверху рухнул кто-то еще. Николай из всех сил дернулся, высвободился, каким-то чудом приподнялся на четвереньки и ухитрился встать, все еще сжимая в каждой руке по буханке свежего черного хлеба.
Кто-то, дернув сзади, разодрал ему куртку, какая-то женщина с перекошенным лицом огрела его по голове зонтиком, чей-то локоть заехал ему сбоку в ухо, но Николай, работая локтями, упорно двигался наружу.
Он никогда не задумывался, что такое ад. Но сейчас, протискиваясь сквозь толпу с разбитым носом и синяками на ребрах под разорванной курткой, он понял, что это такое. Однако движение толпы подобно течению реки — и тут, и там есть свои стремнины, тихие заводи и водовороты, и один из таких водоворотов буквально вышвырнул Николая из схватки. Не успев отдышаться, он инстинктивно выхватил из кармана тряпичную сумку и сунул в нее обе буханки. Но кое-кто успел это заметить, и от общей толчеи отделилось трое. Николай стремительно рванулся за угол, но вновь споткнулся и упал. Он тут же вскочил на ноги.
Рядом валялся невесть как попавший сюда железный прут, ржавый, но достаточно тяжелый для любого черепа.
— Убью! — рявкнул Николай, замахиваясь прутом.
Нападавшие, мужчина и две женщины, все пожилые, нерешительно застыли.
Николай сделал страшное лицо и шагнул навстречу.
Одна из женщин взвизгнула и бросилась за угол. Мужчина потоптался и отступил на несколько шагов, с тоской глядя на сумку в левой руке Николая. Тот стал отступать, не опуская прута.
И тут, пока еще далеко, но быстро приближаясь, послышался характерный вой милицейских сирен.
Толпа возле магазина, оставляя на тротуаре неподвижные тела, бросилась врассыпную. Ужас перед содеянным гнал людей прочь. Николай тоже отбросил ненужный теперь прут и побежал, пока путь к дому был еще не перекрыт. Впереди него не очень умело бежала невысокая девушка в голубом, разорванном на спине платье. Разметавшиеся светлые волосы подрагивали на каждом шагу.