— Фамилия? — спросил человек, не отрывая взгляда от бумаг.

— Кольман, профессор Кольман... Скажите, ради бога, что все это значит?..

— Вопросы здесь задаю я! — сурово ответил человек в очках. — Вы принадлежите к коммунистической партии?

— Я?! — ужаснулся Кольман. — Я работаю...

— Вас никто не спрашивает, где вы работаете... Итак, вы не желаете признаваться? Отлично. — Человек за письменным столом нажал кнопку звонка. В комнату ввалился стражник, который доставил сюда профессора.

— На допрос! — приказал ему мужчина в очках.

Не прошло и нескольких секунд, как Кольмана, бледного, словно полотно, втолкнули в маленькую кабину.

— Эсид! — изумленно пробормотал он.

Дверца захлопнулась, и автоматический рычаг Эсида толкнул его на пробковый стул. В темноте загорелась надпись:

«Тебе будут задаваться вопросы. Ты должен отвечать на них честно, ничего не скрывая. Если ты начнешь лгать, будешь наказан. Если станешь говорить правду, получишь награду».

Затрещал включенный репродуктор, в кабине стало немного светлее, и машина начала задавать вопросы.

Кольман отвечал, стараясь превозмочь дрожание голоса, так как знал, что за это засчитывается один отрицательный пункт.

— Читаешь ли ты газеты? — спросил Эсид.

— Да, — ответил профессор.

— Есть ли у тебя дома фотографии бородатых людей?

— Нет, нет!

— Что ты любишь больше всего?

— Бизнес.

Вплоть до этого вопроса все шло прекрасно. Профессор успокоился и испытывал даже некоторое удовольствие от этого молниеносного поединка. Кольман вовсе и не думал говорить правды, так как помнил, за какие ответы Эсид засчитывает наибольшее количество положительных пунктов. Но вот быстрый поток вопросов и ответов был нарушен Эсидом: