Говорить, что без ихэнов Аркадия до скончания веков была бы грязным сырьевым захолустьем эйджинского мира, населенным тупой деревенщиной, было не просто бесполезно, но и опасно; Ихэн-вилль из процветающей столицы превратился в гетто, а Эш, с воодушевлением выучившаяся на бортинженера космического транспорта, – в безработную и лишнюю в семье середняшку. Все тотчас вспомнили, что она – средняя! Посиди с ребенком, нажуй ему кашки и так далее. Агенты службы репатриации с материнской планеты могли предложить лишь переучиться на медсестру или воспитательницу – ее, космотехника с дипломом!.. Оставалась надежда на звездный мир косменов, где, по слухам, не очень присматривались к внешности и ценили профессионализм. Эш уехала, на эйджинской станции «Скайленд-4» опять услышала: «Тьфу, ихэнская вонючка» – и не сдержала быструю руку.

Когда она готовилась завыть в прозрачной клетке-одиночке, дверь полицейского отстойника открылась и вошли трое – обнадеживший ее агент, какой-то крепко сбитый эйджи с непроницаемым лицом (без респиратора!) и представитель высшей цивилизации мирков в наглазнике.

По пути в станционное отделение охраны Форт успел просмотреть судовые документы и убедился, что любой навербованный методом поспешного тыка экипаж вряд ли окажется хуже этого корабля. «Сервитер Бонд», приписанный, как всякая негодная ржавь, к порту Ольдвин (Гемера), летал уже 189 лет и после трех капремонтов даже на слом не годился – слишком устарел.

Раньше «Сервитер» принадлежал более чем сомнительной компании «Санрайз Интерфрахт». Деляги из «Санрайз», должно быть, захворали от жадности, каждую минуту чуя, как гроб класса F, истлевая на приколе, сосет из них денежку. Жизнь без навара дельцам хуже смерти! И тут над бедняжками сжалилось щедрое федеральное правительство. Эту жирную свинью с грудями в две шеренги доят все, кому не лень. В «Санрайз», слупив с казны хоть сколько-то, обнимались и поднимали бокалы за здоровье государства, облегчающего бизнесменам тяготы расходов.