— Надо бежать! — истерично закричал давешний трусливый мужик. — Теперь нам всем конец!

Вокруг загалдели.

— Погодите, — пробормотал я, но меня не услышали.

— Бежим! — опять крикнул его противно-знакомый голос, и меня куда-то потащили.

— Стойте! — сумел довольно громко попросить я. Потом повторил, но уже еле слышно. — Стойте, вам нужно снять цепи!

Эта мысль мне пришла в голову давно, когда только заговорили о побеге. Поймать скованных людей будет легче легкого. Меня, наконец, услышали.

— Как же их снять? — спросил один из колодников, Оказалось, что это он, с кем-то еще, ведет меня под руки.

— В избе должны быть кузнечные инструменты.

— Стойте вы все! — закричал колодник, и все остановились. — А ты в этом понимаешь? — спросил он меня.

— Понимаю, и покажу, как сделать, — ответил я, практически теряя сознание.

Пленники начали совещаться. Как водится, одни тянули в лес, другие по дрова. В таких случаях, командование на себя нужно брать кому-то одному, иначе толку не будет. Я же после недавней оплеухи пребывал в таком плачевном состоянии, что мне было не до командирских амбиций. И все равно, приказал:

— Ведите меня обратно в избу.

Глава 3

Ночное приключение окончилось довольно мирно. Оставшихся в живых стражников крестьяне связали по рукам и ногам и заперли в избе. Кое у кого, правда, была мысль, избу вместе с ними сжечь, но я, пока мы с рукастым колодником занимались слесарными работами, расковывали узников, постарался убедить самых агрессивных не перебарщивать с местью.

Когда все оказались свободны, то вопрос, как дальше спасаться, всем вместе или каждому по отдельности, не возник. Бродяги были народом тертым, привыкли рассчитывать только на себя и, освободившиеся от оков, сразу же исчезали, как говорится, во мраке ночи.

Я постепенно приходил в себя.