В первые годы после войны еще можно было найти приходящую няню, и Марина Васильевна не воспользовалась академическим отпуском... Скоро без лишнего шума, так же, как свадьбу, отметили выпуск. Чувство сурового времени приучило Марину Васильевну не теряться в любой обстановке, и через какой-нибудь месяц педагогам московской школы казалось, что "новый физик" трудится рядом с ними уже много лет. "Ночные налеты" сменились новой напастью: выяснилось, что Евгений Григорьевич трусит ночами, вздрагивает от разговоров за дверью, шагов за стеной и гудков за окном. Очень скоро жена убедилась, что он неумен и спесив: отвергая соавторство руководителя, Яковлев все потерял - его перестали печатать и вообще замечать. Марина Васильевна, как могла, разъясняла Евгению, дескать, он сам виноват, потому что в "суровое время нужно долбить в одну точку". А он умолял: "Ради бога, оставь наше время в покое! Ну чем оно хуже других?" И в новой квартире, добытой великими хлопотами, Евгений Григорьевич не излечился от страхов: стоило сыну пошевелиться в постельке, Яковлев схватывался перепуганной птицей, показывал нервы, как будто он отпрыск лендлорда, а не одесского педиатра. Она удивлялась: "Ну почему ты со мной так не ласков? " "Потому что - суровое время!" - отвечал он с издевкой. И Марина Васильевна догадалась, виною всему его немощь. Казалось, что грозное время, как мудрый хирург, должно было выскоблить напрочь нежизнеспособную хиль. Не верилось, что исстрадавшимся женщинам может выпасть еще и такая беда. Когда-то в зенитной бригаде судили о Них, как о чем-то несбыточном. В школе единственным представителем сильного пола был старый писклявый завхоз, и в учительской, тоже стонали: "Тут как ни крути, - в доме нужен мужик". Марина Васильевна понимала, что это идет от тоски - затаенной мечты по сверхсиле, способной решить одним махом все бабьи проблемы, что тут больше слов чем надежд... Но до замужества вообразить не могла, каким это будет ничтожным и жалким на деле. Сродный брат Марины Васильевны Ковалев не признал ее мужа, а сестре объявил: "Да какой он мужчина? Ни футбол, ни рыбалочку с им не обсудишь, в обчем, - некультурный товарищ!" Глядя как мечется и хлопочет Анна Петровна - жена Ковалева - Марина Васильевна убеждалась, что помощи по хозяйству от брата не больше, чем ей от Ушастика.