Богусь уже спускался вниз.

   — Еще не знаю, может, придется ехать во Вроцлав. В Варшаве поступить в институт непросто. Мало мест. Стараюсь, как могу, но получится ли, неизвестно.

   Тереска плелась за ним на подгибающихся ногах.

   — Бензин у меня разлился, - потерянно бормотала она. - Все попадало. Пойдем в сад, а? И когда узнаешь? — Внутри у нее болезненно ныло, в горле стоял ком. Ну вот, не успел прийти, как уже уходит. А тут еще Вроцлав... Неужели он уедет во Вроцлав? Нет, только не это!

   — Наверное, на днях все выяснится. - Богусь посмотрел на часы.

   — А у меня есть фотографии, - с надеждой сказала Тереска. - Ну те, из лагеря, уже готовы. Хочешь посмотреть? Сейчас принесу. Я мигом.

   — Как-нибудь потом, - решительно остановил ее Богусь. - В следующий раз. Извини, я спешу, заглянул к тебе на минутку. Дай, думаю, проверю, вернулась ли. Вроде должна вернуться, учебный год на носу.

   — А об этом Вроцлаве... ты скажешь? Сразу, как узнаешь?

   — Ну, ясно. Может, попрощаешься со мной, если уж поздороваться не удалось?

   Слегка приобняв Тереску, он коснулся губами ее щеки, но тут же отпрянул, отброшенный удушливой волной бензинных паров. А Тереска, ничего не замечая, млела от счастья, все слова и мысли выветрились у нее из головы.

   Богусь посмотрел на нее с внезапным интересом.

   — А ты неплохо выглядишь, - одобрительно заметил он. - Хотя, откровенно говоря, женщины au naturel не в моем вкусе. Мне нравится, когда женщина ухожена, следит за собой. Ciao, ragazza, до скорой встречи. Тут найдется другой выход, или надо продираться через этот лесоповал?

   Еще немного — и Тереска, торопясь угодить доро-тому гостю, указала бы на окно. К счастью, у нее хватило выдержки проводить его до парадной двери.

   — Когда ты придешь? — Вопреки всем стараниям, в голосе ее прозвучала откровенная мольба. - Не хочу больше... - У нее чуть было не вырвалось «мучиться в ожидании»,... - Переодеваться в последнюю минуту, - закончила она и, чувствуя, что все равно сболтнула глупость, внутреннее поежилась.