У них не было ничего похожего на свадебное путешествие, но несколько месяцев спустя, рассудив, что поездка все же не будет для Белл слишком тяжелой, он отправился с нею на морской курорт, где они с Виолет несколько раз проводили по неделе. Они поселились в том же пансионате "Сан-Суси", гуляли по длинной пустой набережной и по тропинкам, где, запрыгивая на камни и скрываясь в траве, скакали жаворонки. Они загорали среди дюн под осенним солнцем.

- Ты это очень хорошо придумал, - улыбнулась ему Белл: она знала, что он хотел видеть ее счастливой.

- Поможет нам пережить зиму, Белл.

Она понимала, что ему нелегко это далось. Он не знал других мест, только поэтому они и приехали сюда, и он чувствовал заранее, какое душевное напряжение от него потребуется. Она читала на его лице стоицизм, с которым он переносил это ради нее. В глубине души он чувствовал, что, прогуливаясь вдоль моря и вдыхая запах водорослей, на самом деле совершает измену. В пансионате переговаривались те же голоса, которые слышала Виолет. Для Виолет по побережью разносился запах жимолости. Именно Виолет впервые сказала, что неделя под осенним солнцем поможет им пережить зиму: он вспомнил об этом через секунду после того, как произнес те же слова.

- Я знаю, что мы сделаем, - сказал он, - как только вернемся домой, купим тебе телевизор.

- Ох, но:

Они шли мимо маяка. Он не предлагал купить телевизор Виолет, потому что Виолет наверняка бы сказала, что ей ни к чему еще одна забота. Он все равно будет стоять без дела, возразила бы она, и там все равно показывают одни глупости.

- Ты очень добр, - вместо этого сказала Белл.

- А, брось.

Они подошли к маяку поближе, и в окне появился смотритель.

- Минутку, - откликнулся тот, и пока открывал дверь, успел догадаться, что жена человека, которую он когда-то хорошо знал, умерла. - Это очень тяжело, - сказал он после того, как были упомянуты смерть и второй брак. Разлили виски, и хотя об этом не было сказано ни слова, Белл почувствовала, что три бокала подняты в ее честь. В пансионат они возвращались под дождем; это был последний вечер их отпуска.