- Город Перекоп, - задал он, отвалившись на спинку стула с какой-то торжествующей искрой в своих глазах.

- О, Перекоп. Это в Крыму, я знаю... один момент... од-нуу секунду... и я покаж-жу тебе П-е-р-е-коп. - растянул Стеценко, водя пальцем по карте.

Контур северной части Крымского полуострова выглядит как мелкие зубья острой пилы, так что маленький кружочек обозначающий город Перекоп, в нем почти невидим.

- Это Феодосия... это Севастополь... немного севернее должен быть Пе-ре-коп, - трудился Стеценко, часто мигая карими глазами, не то от напряжения от близости их к карте, не то от беспомощности в своих поисках.

- Сдае-сси? - хихикал Рыжак и выставил вперед свой большой палец с обгрызанным ногтем.

- Нет, нет, погоди, - протестовал Стеценко. Он закрыл темя пятерней левой руки в то время, как его глаза не отрывались от карты.

- Ты ищи, а я пока сбегаю посмотреть сколько минут осталось до звонка к вечернему чаю. Рыжак прошмыгнул мимо кабинета воспитателя Божко (он же Царь Берендей, он же, с придыханием, П-п-е-рендей).

На верхней площадке лестницы у часов два смельчака из Второго Отделения, спрятавшись за выступом стены уперлись глазами в часы, чтобы не пропустить и секунды после звонка и ринуться в столовую, где первый прибывший имел право заменить свои малоподжаренные сдобные булочки на более румяные у соседа или сменить свой кубик сливочного масла на кажущийся больше, у него же. Они стояли там без риска быть наказанными за несвоевременную отлучку из классной комнаты потому, что их воспитатель барон фон дер Дригген был всецело занят репетированием неуспевавшего Стегайло по арифметике.

- Если один поезд идет навстречу другому... то когда они встретятся? доносился зычный бас барона. Не было слышно, что ответил угрюмый реалист.

- Ну, ну, - понукал барон. - Как же так? А другой поезд ведь тоже в движении... думайте прежде, чем ответить.