За телефоном лежит кружок — отводная трубка. Я беру ее в руки. Командирша отошла в сторонку. Ей совсем не интересно. А нам с младшей на нее плевать.

Гудки. И-и, и-и, и-и. Я начинаю пританцовывать: скорей бы.

В трубке раздается тетин голос. Ну, младшая, не подведи.

— «Бумага Лиона», слушаю вас.

— Алло, тетечка?

— Что случилось? — тут же спрашивает она.

Если две старшие дали позвонить младшей, значит, стряслось что-то нешуточное.

Отлично сыграно! Отлично!

Как она сразу всполошилась! Девочки в большой опасности. Спасибо тебе, командирша! Так даже лучше!

— На помощь! На помощь! «Он» пришел!

Малышка все-таки врубилась. Розыгрыш получается что надо. Браво! Браво!

— …

Щелк! На том конце вешается трубка.

— …

Почему же Анжела бросила трубку?

Что это с ней, с нашей тетей? Часто она так? Мы ей никогда не звонили.

— Нет! Нет! Тетечка? С первым апреля!

В трубке частые гудки, а наш рядовой в боевой стойке все еще шутит.

— Ох! Да заткнись же ты! Она ведь бросила трубку!

Командирша бледнеет.

— Повесила трубку?.. — еле выговаривает она.

— Да.

Плохо дело, кажется. Командирша-то у нас, оказывается, слабачка. Я даже встаю на всякий случай — вдруг еще в обморок хлопнется. Но, встав, обнаруживаю, что недооценила ее.

— Вот видишь, видишь! Все ты со своими шутками! Я же говорила — нельзя этого делать!

Моя старшая сестра здорово умеет управлять своей мимикой. Техника камуфляжа у нее доведена до совершенства. Она может в одну секунду изменить цвет лица. Чтобы напугать меня, на глазах позеленела, а теперь вот стала красной. Розыгрыш мой, считай, провалился. Посмеяться не вышло. Но на меня-то зачем так орать? Командирша хочет поднять меня на смех перед младшей? Ну, я ей покажу, морде четырехцветной!