- Не говорите Маргарет мой год рождения.

- Не скажу.

- Благодарю вас, сэр.

Она никогда не забывала говорить "сэр" в начале и в конце всех их разговоров; но поскольку она подозревала, что общение с нею ему приятно, то считала, что в ходе самой беседы соблюдать эту формальность ни к чему. Крепкая, трудолюбивая женщина, она начинала сознавать, что годы уходят и надо что-то предпринимать. Но за нехитрой каждодневной работой, которая не была ей неприятна, хотя и отнимала много времени, она забывала об этом и все никак не могла сделать решающего шага. Впрочем, она и не представляла себе достаточно ясно, что, собственно, должна предпринять.

Джордж Локвуд просмотрел вечернюю гиббсвиллскую газету, сложил ее и оставил на привычном месте, где ее подберет Мэй. Потом встал, потянулся и направился было наверх, как вдруг услышал телефонный звонок. Он взял трубку.

- Алло! Ладно, Мэй, я подошел. Алло!

Мэй, бывшая в это время на кухне, повесила трубку.

- Мистер Локвуд? Это Диген. Мэтью Диген. Помните - из охраны?

- Да, Диген.

- Вы меня хорошо слышите? Я из конторы звоню.

- Да, я слышу вас. Что там стряслось?

- Я решил, что лучше вам позвонить. Тут у нас несчастный случай. Очень неприятный.

- Что за случай? Пожар?

- Нет, сэр. Тут один парнишка - не знаем толком, как его зовут... мертвый. Убился.

- Убился? На моей территории? Как он туда попал?

- Он и еще один подросток залезли на дерево с наружной стороны стены, со стороны Рихтервилла.

- С западной стороны. Ну и что?

- Этот парнишка, который мертвый, он залез на дерево и уцепился за ветку, что нависала над стеной.

- Над стеной нет ни одной ветки достаточно крепкой, чтобы удержать человека.

- Вот поэтому он и убился. Ветка сломалась, и он упал на стену. Две пики вонзились в него, мистер Локвуд.

- А, черт! Значит, пики пронзили его насквозь?