* * *

В не таком уж далёком Моздоке царила предпраздничная суета. Магазины, кафе и даже строгие обычно офисы были украшены елочными гирляндами, мигающими фонариками и пластиковыми елками. На базарах, на базарчиках и просто на улице уже продавались вовсю зелёные красавицы, вокруг стоял умопомрачительный запах праздника, детства и подарков под подушкой.

Штурмовик СУ-24 оторвал шасси от взлётной полосы и взял курс на приговорённый город. Перед пилотом, болтаясь на липучке, весело ухмылялся поросёнок — символ наступающего года.

* * *

Назад ехали молча. Говорить ничего не хотелось, радиоприёмник раздражал неопределённостью передаваемых сообщений. К Первомайской подобрались теперь с противоположной стороны — через трамвайный мост. Опять пошёл лёгкиё снежок. Опять редкие пешеходы с вёдрами, опять «Консервный», опять пустое и ровное шоссе улицы Жуковского. Скоро и микрорайон. Дельтаплан займёт своё место рядом с хозяином. Что дальше? Думать об этом не хотелось.

* * *

Никто никогда не узнает, почему пилот решил нанести «точечный удар» именно здесь. Увидел ли он что-нибудь на экране или просто надоело бессмысленное задание и захотелось быстрей расслабиться стаканчиком-другим с друзьями в привычной обстановке. Как бы то ни было, хищная стальная птица рассталась со смертоносным яйцом именно в этой точке. И помчалось оно к земле, увеличивая с каждой секундой скорость на 9,81 метра в секунду. Законы физики неумолимы и равнодушны — им нет дела до людских глупостей. Точка встречи с земной поверхностью была предопределена ими абсолютно точно — обочина шоссе улицы имени Жуковского.

Именно к этой точке стремительно приближался одинокий тёмно-зелёный «Москвич». До неизбежной встречи оставались секунды.

* * *

— Заур, ты ничего не слышишь?

— Нет, а чего там?

— Самолёт, по-моему!