— А в чем собственно заключаются издевательства и унижения с моей стороны?

Пламенный оратор слегка раздул ноздри и воодушевленно стал меня уличать и разоблачать:

— И вы ещё спрашиваете, товарищ старший лейтенант?! Да из-за вас наши дембеля теперь ходят строем вместе с молодыми в столовую… И они теперь в этом открытом и продуваемом месте вынуждены завтракать, обедать и ужинать…

Во внезапно наступившей тишине, пока караульный вспоминал мои остальные грехи, я вздохнул и как бы призадумавшись поинтересовался о возможных перспективах…

— А вы что, предлагаете построить отдельную столовую для старослужащих солдат? Или перевести их на довольствие в офицерскую столовую? Или всех дембелей кормить вместе с контрактниками?

От моей нарочитой наивности и простоты боец немного замешкался, но тут же вспомнил добрые старые времена:

— А вот раньше они принимали пищу в своей же палатке…

Но на этот детский лепет у меня нашелся простой ответ:

— Не по-ло-же-но!..Это прямое нарушение требований Устава, санитарно-эпидемиологических инстанций и приказов нашего Министра Обороны.

Боец молчал.

Или вы не уважаете нашего Министра Обороны? — Вкрадчиво спросил я, но так и не получив ответа, перешел далее. — Ах да, я же забыл, что вы сейчас больше всего ждёте Приказа Министра Обороны о демобилизации… Понятно. Что там ещё? Каким образом я ещё помыкаю бедненькими старичками?

Мой насмешливый тон подействовал на военного демагога, как красная тряпка на испанского быка.

— Да они сейчас пашут больше молодых… Духи сидят в тёплой палатке и тащатся, а разведчики, которые тут пол-Чечни облазили, копают землю, стоят дневальными по роте под грибком на холоде, дрова рубят для печки, — Голос рядового становился всё громче и возбуждённее.