Теперь он не может себе позволить покупать много одежды, и у него не самые модные вещи, по крайней мере так всегда говорит Николь, но он, тем не менее, предпочитает беречь то, что приобрел в лучшие времена. Марк чувствует, что это правильно — с уважением относиться к своим пожиткам, к своему имуществу. Гордиться своими вещами. Однако теперь он даже не знает, о чем или о ком должен заботиться. Одна его часть не хочет знать о Лили, другая — хочет. Та самая его часть, от которой он не может избавиться, несмотря на пришедшую в голову омерзительную мысль, что он хотел бы, чтобы Лили была мертва.

— Она вообще не упоминала про деньги? — говорит он, стоя у кровати, голый, продрогший, невероятно отвратительный, не в состоянии найти свою пижаму.

— Нет, Марк, не упоминала, — отвечает Николь.

— А Лили? Ким говорила что-нибудь о Лили?

— Ничего. Я тебе говорила, она просто сообщила, что хочет поговорить с тобой. Она определенно не упоминала о Лили. Извини.

— Я ей сейчас позвоню, — говорит он.

Но он не может позвонить ей, потому что Николь говорит ему, что Ким не оставила свой номер телефона, а она забыла спросить, не сообразила, она тоже была потрясена, а теперь она не может даже набрать 1471 

Марк едва не ударяет ее, но берет себя в руки и вместо этого бьет кулаком в стену. Так сильно, что в стене остается вмятина, и с пары костяшек содрана кожа, на них ведь мало мяса. Кровь стекает вниз, на пуховое одеяло и на простыни, несколько капель падает на спинку кровати. Он дает себе обещание убрать все утром, до того, как придет Джемма, но точно знает, что не он будет менять простыни. Это сделает Николь. Она с этим разберется. Она всегда со всем разбирается.

Глава 5

Сны сводят Марка с ума, потому что он не может понять, прочитал ли в них слишком много или же, наоборот, недостаточно. Он изо всех сил пытается истолковать их значение, особенно что касается повторяющихся снов, таких, как тот, который снится ему годами и который снова приснился ему вскоре после звонка Ким.