— Никаких правил движения! Ну как тут пройдешь?… — ворчал Джеддин хозяин.

Вдруг он отчаянно вскрикнул… Крыло машины отбросило его к каменной тумбе в воротах… Следующая машина шла на упавшего…

Тут перед водителем мелькнула оскаленная волчья голова… Джедда бросилась на выручку к хозяину… Тормоза заревели… Пронзительно закричало несколько голосов… И на том месте, где только что была умчавшаяся машина, прохожие увидели человека, поднимавшего с земли задавленную собаку.

* * *

Напрасно щенок ожидал возвращения матери.

Хозяин в молчании гладил его по спине, по животику и прятал за пазуху, чтобы отогреть и утешить. Он развел кипятком в глубокой тарелке сгущенное молоко и осторожно окунал щенячью мордочку в это неуклюжее угощение.

Щенок облизывал липкую, сладкую бурду, скулил, трясся мелкой дрожью и жалобно взвывал.

— Фу! На диван! Гадость этакую… — с неподдельным отвращением возмущалась хозяйка. — Да выбрось ты его на черную лестницу!.. Может, такой же чудак, как и ты, позарится, подберет…

— Молчи, Анна Петровна, — мрачно отозвался кассир. — Не доводи ты меня… Из-за тебя погибла Джедда… А теперь за щенка принимаешься?! Я сам буду растить его, слышишь? Я хочу, чтобы он был со мною всегда… Защищал бы меня… как сегодня… старушка…

Он снова расстроился, разволновался, долго утирал глаза и сморкался…

— Ну не знаю, кто с этой пакостью станет возиться…

— Я! Я сам буду возиться!.. Тебе ни за что не доверю! Я… — он схватился за сердце.

Пока он капал на сахар сердечные капли, хозяйка грубо смахнула с дивана щенка.

Никто не погладил, не приласкал стукнувшегося о пол малыша. Жалобно взвизгнув, он пополз в угол, но на середине пустынной, бесконечной для него дороги поднял мордочку и по-щенячьи заплакал.

— Цыц, проклятый! — прикрикнула на него женщина. — Не до тебя тут!..