Длинный Том проглотил комок, подступивший к горлу.

- В восемь вечера мы должны быть на Юнионсквер, - продолжал Док. - Я не исключаю возможности дурацкого розыгрыша со стороны какого-то радиолюбителя, но что-то подсказывает мне, что это - серьезно.

Говорят, что все может случиться, и обычно случается, на манхэттенском Юнион-сквер.

На одном углу площади расположилась группа людей с плакатами и флагами. Молодой человек забрался на ящик, служивший ему трибуной. Из его слов и лозунгов на плакатах можно было понять, что это собрались сторонники одной из программ социальной защиты населения.

Площадь была непривычно многолюдна. Сегодня вечером сюда пришло гораздо больше жителей Манхэттена, чем обычно. Острый слух Дока уловил замечание женщины, стоящей в толпе неподалеку.

- Я настроилась на любительскую волну и услышала странное обращение к Доку Сэвиджу, - говорила она. - Надеюсь, что мне посчастливится увидеть этого человека. Я так много о нем слышала...

Судя по все увеличивающейся толпе, каждый радиолюбитель, работавший в коротковолновом диапазоне, поспешил в этот вечер на Юнион-сквер, чтобы взглянуть, если удастся, на знаменитого бронзового искателя приключений.

Док Сэвидж внимательно рассматривал толпу золотистыми глазами. В этом беспорядочно движущемся скоплении манхэттенских зевак он разыскал что-то, о чем не догадывался даже Длинный Том.

Флаги группы, митингующей неподалеку в поддержку излюбленной ими программы социального обеспечения, развевались над головами примерно двух десятков человек. Еще около сотни обступили импровизированную трибуну из ящика.

Рядом с Доком и Длинным Томом расположился высокий, с бледным лицом старик. Перед ним на металлическом треножнике возвышался огромный старинный телескоп. Он был направлен на одну из самых ярких звезд.