– Он тебя не узнает, Надя,– тихонько сказала бабушка гостье.– Знаешь, он у нас целую неделю без памяти был, даже своих не узнавал! – похвасталась она.

– Да, да, "не узнает",– вдруг грубо передразнил мать Петр, разобравший ее слова не столько по звуку голоса, сколько по движению губ.

И он насмешливо фыркнул носом в подушку.

– О! Узнает!– искренно обрадовалась приезжая и ниже наклонилась к больному: – Здравствуй, Петя!

– Здравствуй,– безразлично ответил Петр тетке и отвел от нее глаза.

– Видишь,– старалась доказать свое бабушка.– Я говорила, не узнает!

Но больной снова, и на этот раз дольше, остановил взгляд на приезжей.

– Что? – воспользовалась случаем москвичка,– что смотришь? Узнаешь? Если узнаешь, тогда скажи, кто я? – спросила она у него тем тоном, каким спрашивают у гадалки.

Петр некоторое время молчал, ничем не изменяя своего апатичного выражения.

– Королева английская,– последовал затем его спокойный ответ.

Дети шумно обрадовались словам дяди Пети, рассмеялись и с жадностью стали ожидать от него еще чего-нибудь в этом же роде.

– Видишь,– сказала бабушка гостье почти с удовольствием,– принимает тебя за королеву английскую.

– Да он нарочно! – разочаровала всех Ольга.– Он просто злится! Он злится, что его принимают чуть не за сумасшедшего и задают ему подобные вопросы! Разве вы не знаете нашего Петю? Сейчас он дурачит нас, городит вздор, а если мы будем продолжать надоедать ему, он станет отвечать дерзостями! Ну, чего мы обступили его?

– Да, да,– заволновалась москвичка.– На самом деле. Ему нужен покой, уйдем разговаривать в другую комнату.

– Нет!..– повелительно и страдальчески проскрипел голос больного с постели.– В другую комнату вы не пойдете!.. Вы будете разговаривать здесь!.. Мне тоже интересно послушать, что тетя Надя будет рассказывать про Москву!.. По-ня-ли?