Где-то там, среди многих тысяч деревьев, есть те, которые сделали заломы. Эти деревья первыми уперлись в подводные камни, стали поперек течения. Потом еще и еще. Натолкало, напичкало течением лес на перекат — так и образовался затор. Андрей Никифорович умел по особым приметам или чутьем опытного сплавщика находить эти прихотливо упрятавшиеся «клинышки». А на этот раз и чутье не помогало. Иногда сплавщиков выручает в таких случаях подъем воды, но весенний паводок уже кончался. Лес может обсохнуть на перекате, далеко от города, и его придется вытаскивать по бревнышку. Поэтому-то Варакин и клял затор, на котором впервые получилась осечка. И в какую пору осечка! Лесопильный завод, для которого предназначена древесина, выполняет заказ строителей Сталинградской ГЭС. Бригада Варакина, выделенная на сплав древесины этому лесозаводу, взяла на себя большое обязательство: выполнить задание досрочно.

— Ох-хо-хо, дела-а-а, — убито покачал головой Андрей Никифорович, оглядывая сгрудившийся лес. — Все шло хорошо, а у самого дома, в воротах, можно сказать, получай пилюлю.

Он постоял еще некоторое время неподвижно и, тяжело вздохнув, направился к дымящемуся на берегу костру.

Обычного веселья среди сплавщиков сегодня не было, шуток и прибауток не слышалось. Сплавщики угрюмо молчали. Некоторые дремали. Только лебедчик хлопотал у костра. Он подбрасывал в огонь сухие дрова и, морщась от едкого дыма, помешивал в закопченном ведре ложкой. В кипящей воде метались пластики картошки и, словно гоняясь за ними, всплывали и ныряли хариусы с раскрытыми ртами. На багровищах и камнях вокруг огня сушились спецовки сплавщиков. От них валил пар. Все еще не успокоившись, вода ниже затора взъерошенными волнами облизывала берег, перекатывала и без того гладко отшлифованные гальки. По берегу степенно разгуливали голенастые кулички.

Одинокие сосенки, схватившись цепкими корнями за утесы, гляделись в мутную воду. Пенистыми островками плыли в реке отражения облаков. Обгоняя быструю воду и тени облаков, промчалась стайка уток. Тревожно крякнув, утки взметнулись над затором, рассыпались и, перелетев через него, снова начали медленно снижаться, собираясь в кучу. По-весеннему бурно и радостно кругом. Только река недружественно шумит.