— Фрэнк… Вы же знаете, это невозможно.

— Почему?

Она нервно заерзала в кресле, ее голос возмущенно зазвенел:

— Фрэнк… Фрэнк! Я-то что могу? Пожалуйста. Обещаю, я что-нибудь придумаю. Но не могу же я его просто выгнать!

— Зачем его выгонять? Почему бы им не поселиться вместе?

— Потому что… Техого, в отличие от вас, не врач. Два врача в одной комнате — это логичнее.

Доктор Нгема недоговаривала. С Лоуренсом Уотерсом меня объединял не только статус врача, но и цвет кожи. Раз мы оба белые, то и жить должны в одной комнате.

Когда меня поутру разбудил будильник, Лоуренс, уже полностью одетый, сидел на краешке постели и курил.

— Я хочу познакомиться с доктором Нгемой, — тут же выпалил он.

— Пожалуйста. Но вам придется чуть подождать.

— Пойду к ней в кабинет. Вам не обязательно меня провожать, я сам доберусь.

— Ее там еще нет — сейчас только шесть утра. Расслабьтесь! Успокойтесь, черт подери! Идите примите душ, что ли.

— Душ я уже принял.

Я вошел в ванную. Пол был мокрый. С двери свисало сырое полотенце Лоуренса. Раковина заляпана щетиной и кремом для бритья. Пока я прибирал за соседом, настроение у меня испортилось. Выйдя, я окунулся в синее марево его табачного дыма и разозлился еще больше. Лоуренс с потерянным видом ходил из угла в угол, задумчиво попыхивая сигаретой. Когда я закашлялся, он загасил окурок о подоконник, совсем как вчера, и выбросил на улицу.

— Не делайте так больше. Уже весь подоконник прожгли.

— Пепельницы нет. Я искал.

— Я не курю. Купите ее себе сами.

— Свинская привычка, я знаю, надо бросить. — Он лихорадочно заметался по комнате, а затем снова бухнулся на кровать. — Вы готовы?

— Лоуренс, мне нужно одеться. К чему такая спешка? Торопиться некуда.

— Правда?

Я медленно оделся, наблюдая за ним. Он не знал покоя: останавливал на мне взгляд и тут же отвлекался на какую-нибудь произвольную мелочь внутри комнаты или за окном. Казалось, его безо всяких на то причин переполняет какая-то неуемная тревога. Со временем я хорошо изучил эту черту его характера, но в тот первый день она показалась мне странной и небезобидной.