Мне повезло -- многие были всерьез огорчены моим, как считают они, безвозвратным уходом. Я до сих пор никому не открылся. Все принимают меня за скрытного загадочного иностранца -- В общем, тебе неплохо... Работаешь? -- Помнишь, до того как мы начали ленту "И корабль плывет", у нас был план сделать кое-что о конных карабинерах. Представляешь -- карабинеры в парадной форме! В России я вернулся к этой теме. Пусть это будет Красная площадь, 1925 год -- парад буденовских войск. Заметив, что я невнимательно слушаю, он переключился на детали: По брусчатке скачет кавалерия в остроконечных шлемах, мчатся тачанки с пулеметами, следом -- конная армия. Двадцать всадников в ряд. Красноармейская экипировка -- на груди красные застежки. Подбородок гордо вперед, во взоре мощь, все кони как на подбор, ровный цокот копыт. Хореография идеальна. Принимает парад сам Буденный -- на ахалкетинском коне. Гарцует перед публикой. На трибунах некуда яблоку упасть. Здесь верховные власти -- все в орденах и медалях. Вдруг один конь поскользнулся -- упал, свалив всадника наземь. Следом за первым конем попадали друг за другом -- второй, третий... Сущая свалка -- вперемежку копыта, сапоги, ягодицы, головы, знамена, шашки --ржание во всю площадь. Отчаянные попытки восстановить порядок. Все напрасно. В клочьях пены лошадиный круп. Извержение лошадиного помета. Давка -- всадники не успевают бросить поводья. Слетают остатки разодранной формы, соскакивают сапоги. Крик, топот, комья снега, шапки катятся к ногам Буденного. Смеркается. На площади не прерывается отчаянная борьба с взбунтовавшимися лошадьми -стремление спасти погибающий строй. Прожектора вырывают из темноты сцены отчаяния. Попеременно в слепящем луче -- свирепый лошадиный оскал, ляжки опутанных упряжью конников. Наконец, над толпой поднимаются фрагменты статуй. Голова Сталина катится по мостовой. Цепляется за брусчатку сталинская рука с трубкой в ладони. Гигантские буквы коммунистических призывов и лозунгов торчат над крышами.