– Сороковой номер, гражданка, носите?
Это была правда, но правда неприятная, так как сороковой номер обуви не соответствовал представлениям Ульяны Ивановны об изяществе, и она предпочла не отвечать на невежливый вопрос.
Улица пошла вниз, и перед путниками открылась внушительная картина медленного движения огромного человеческого потока. Быт горожан, скрытый раньше стенами домов, вышел на улицу. Доктор Великанов никогда не предполагал о существовании такого множества подушек, патефонов, чемоданов и самоваров, высившихся целыми горами.
Дорога шла к мосту мимо домов, знакомых доктору в течение десятилетий. Он помнил, как строились некоторые из них. Теперь они смотрели на него черными провалами окон. Некоторые были изрешечены красными ранами осколочных попаданий, другие, выгоревшие внутри, дымились едкой гарью вчерашнего пожара.
Несколько часов стояла подвода, прежде чем пришла ее очередь въехать на мост.
Пока все шло благополучно. Несколько раз возникала тревога, но ложная: над городом, прикрывая уходящих жителей, без устали патрулировали истребители. Одни, с быстро нарастающим ревом, проносились совсем низко, и их черные тени скользили по реке и мосту. Другие, забравшись на недосягаемую для глаза высоту, сверкали в голубом небе белизной крыльев. В стороне от моста разыгрался воздушный бой, но он происходил так высоко и так походил на безобидную игру, что доктор догадался о происходившем, только когда немецкий самолет стал падать, медленно и несуразно крутясь в воздухе и оставляя за собой длинную полосу черного дыма.
Наконец подвода оказалась на другой стороне реки. Впереди открылось широкое и свободное шоссе.
Доктор Великанов сказал:
– Мне кажется, Ульяна Ивановна, нам на некоторое время целесообразно здесь задержаться. Место около моста – несомненно очень опасное.
Ульяна Ивановна, руководствовавшаяся тем же самым соображением, настроена была поскорее двигаться дальше, но возражать доктору не могла и предложила только отъехать немного в сторону, где, по ее мнению «было меньше пыли». Доктор признал это вполне справедливым и согласился.