Это ощущение усиливалось, когда, подтянувшись на Руках, Мухтар приближал лицо к прутьям решетки и в течение нескольких секунд наблюдал за редкими прохожими на другой стороне улицы. Отсюда был виден самый край тротуара и кусок недавно побеленной стены. И каждый раз страшная мысль о том, что еще долгие годы он будет лишен возможности просто пройтись по улице, пронзала его своей неотвратимой жестокостью.

Сосед, всхлипнув во сне, рывком перекинулся на другой бок.

Мухтар вздрогнул, приоткрыл глаза. Но как только он закрыл их, снова появилась Аян.

- У нас все нормально. - Она подошла к нарам. - Мальчику я сказала, что ты в командировке. Мухтар усмехнулся:

- А что ты ему скажешь через год?

- Скажу правду, если... А пока есть надежда...- Она вопросительно посмотрела на него.

- Нет никакой надежды.

- Не говори так.

- Не могу же я тебя обманывать.

В глазах ее мелькнул испуг, который она сразу же подавила.

- Я готова ко всему, только не надо отчаиваться. Время летит так быстро. Я вчера считала. Мы вместе шестнадцать лет... а такое ощущение, что все началось вчера...

- Что-то многовато у тебя получилось...

- Я считаю и те два с половиной года... когда я тебя полюбила, а ты меня даже не замечал.

- Я замечал, просто догадаться не мог. Ты же была такой маленькой.

Действительно, представить себе, что творится в этой маленькой детской головке, когда он встречал ее в длинном коридоре бакинской коммунальной квартиры, населенной множеством семей, было невозможно. Каждый раз девочка подбегала к нему так, будто хотела сказать что-то, но, запнувшись, умолкала, и он сам задавал ей на ходу какой-нибудь случайный вопрос...

- Ты дарил мне шоколадки и гладил по голове, а я тебя страшно ревновала... Ты был такой красивый.