Привычным жестом он собрал со стола крошки, всем видом стараясь показать, что обед окончен. Потом перевел взгляд на брата:

– Поскольку у тебя на уме только кофе, сходи-ка вниз и скажи, чтобы принесли чашечку.

«Внизу» было кафе Македонца, откуда три раза в день отцу приносили кофе – в огромной фаянсовой чашке. «Качество переходит в количество», – любил повторять Старик, так как Македонец щедро сдабривал кофе цикорием.

Брат пошел в кафе, а отец уже совсем было собрался в свой кабинет, как вдруг губы его расплылись в редкой и столь знакомой мне полуулыбке.

– В гимназии ты не проявлял особого интереса к математике, а сейчас слушаю тебя, и мне кажется, что ты занимаешься не столько жизнью, обыкновенной жизнью, которая нас окружает, сколько теорией вероятностей и теорией игр. Пусть этим занимаются специалисты, а ты, если надумал стать писателем, займись делом.

– Именно это я и делаю… – пробормотал я с легким раздражением. – Только пока не могу найти решение… Не математическое, а чисто писательское… Наверное, мне не хватает воображения.

– Мне кажется, тебе не хватает другого, – снова улыбнулся Старик.

– Чего «другого»?

– Того, чего нам всем недостает, кому больше, кому меньше.

И, не поясняя своей мысли, добавил:

– Если ты видишь, что дело не идет, попробуй начать с другого конца. Почему ты убежден, что сначала непременно нужно придумать действие? Почему думаешь, что сюжет – это теорема, с помощью которой нужно то-то и то-то доказать? Сюжет – это всего лишь следствие. Потому нужно начать с причины. А причина – это всегда люди.

«Открыл Америку!» – чуть не вырвалось у меня, но я смолчал, ибо привык относиться к отцу с должным уважением.