– Хвала всем святым, что вы еще в Санта-Розите!

И это несмотря на то что на улицах вновь появились соглядатаи инквизиции, пытавшиеся оттеснить толпу просителей от иудея. Но никто уже не обращал на них внимания, и вскоре раввин принужден был укрыться в своем доме, опасаясь, что толпа алчущих помощи разорвет его на части; однако он долго еще слышал их мольбы и причитания перед дверью.

Он тем временем предался молитвам, предписанным его верой, и чтению священных рукописей из домашней библиотеки, уже приготовленных к отъезду, но еще не упакованных и лежавших на полу. Он читал возвышенные слова пророков, сверкавшие, как молнии, над головами детей Эдома, он внимал долгим раскатам грома – их гневу, обрушившемуся на слепцов и строптивцев; ему слышался гнев Божий даже в кроткой напевности псалмов. И разве случайно то и дело попадались ему изречения, подтверждавшие справедливость его собственного гнева и Божьей кары? Он все читал и читал священные рукописи, и тут из кармана его выпал лист бумаги, который он поднял с пола в синагоге, и он прочел слова из Книги притчей Соломоновых: «Не радуйся, когда упадет враг твой, и да не веселится сердце твое, когда он споткнется… Если голоден враг твой, накорми его хлебом; и если он жаждет, напой его водою…»

И вот послышалась жалобная песнь колокольчика смерти, и раввин сказал себе: «Это весть о первых мертвецах». Он знал, с какой быстротой обычно распространяется страшная зараза. И вскоре наступит день, когда он беспрепятственно сможет насладиться зрелищем свершившегося над Санта-Розитой суда.

Колокольцы могильщиков звенели и звенели. По утрам раввин напрасно ждал ударов соборного колокола, звавшего прихожан на утреннюю мессу: должно быть, не осталось никого, кто мог бы привести в движение тяжелый колокол.