Игорь, храпит на диване, рядом, на голом полу под байковым халатом, сопит Сергей.

Ковыляю на кухню, в холодильнике нашлось пиво. Через пять минут — полегчало, когда открыл вторую банку, плечи распрямились, руки перестали трястись, в голову хлынула утренняя кровь. Разжиревший за ночь "бадун" брыкается, когтистые щупальца цепляются за стенки тонких капиляр, но время "темных" на исходе, часы его сочтены.

Помыл посуду, выскоблил пепельницы, надраил пол. На плите закипает вода на пельмени, с улицы доносится голос Шевчука, между пальцами, алым, переливается сигаретный уголек. Здорово. Таким, и должен быть первый день отпуска.

— Пиво — трезвит, — сказал, появившийся в коридоре, Сергей.

Приветствую приподнятой качающейся кистью: — И бодрит, — говорю. — Водка делает рассудительным, коньяк мудрым.

Сергей присел рядом. Лицо опухшее, кожа бледная. Прошептал жалобно:

— Алкоголь делает нас сильными.

Достал из холодильника банку, мизинец дернул за колечко, пузырясь, пиво полилось в прозрачный стакан. Подал напиток на подносе, почтительно наклонился, руку заломил за спину:

— Есть еще пиво под бархатный, шершаво-мягкий, бадун — аля…

— О благодарю Вас! — говорит. — Это вполне сносное. — Опустил синие губы в пивную пену, отхлебнул. — Пиво обладает свойствами…

— В нем сохранилась сущность, — добавил я.

— Ты знаешь… пиво спасло Рим?

— Все дороги ведут к пиву… Мал бокальчик да дорог. — Задумался, добавил: — Пиво пей, да не робей… Хоть полбу коромыслом, лишь бы пиво не скисло.

Сергей закусил верхнюю губу, мощно кивнул:

— Народ, зря пословиц не придумывает! Кто пиво глушит, тот с совестью дружит!.. Кто пиво уважает, тот в бою не сплошает!.. Пиво льется в рот — Виват Российский флот!

Я не отставал: — А это: кто деньги на пиво спускает, тому самый жадный ссужает… Он в пиве не знает меры, он стяг, он закон, он надежда и вера!