– Штурманом дальнего плавания, – не задумываясь ответил мальчик.

Отец и мать, занятые своими мыслями, казалось, даже не расслышали, что ответил их сын, хотя Вадик проговорил это громко.

– Вот что, Вадик!

Надежда засветилась в зеленоватых, почти круглых с густыми ресницами глазах мальчика.

– Вижу, ты серьезный человек и намерения у тебя хорошие, – не отрываясь от этих глаз, продолжал Чистов. – Придется помочь тебе стать штурманом. Только помни: от тебя это больше всего зависит!

Радость, которая вспыхивала в этих детских глазах, увлекла Чистова.

– Ты, конечно, сам знаешь: моряком быть не просто. Там, в море, всякое бывает: и штормы, и льды, и разные другие трудности. Моряк должен быть сильным и смелым. И об этом сейчас думать надо! Понял?

Вадик кивнул головой.

– Теперь такой вопрос: ты в какой класс перешел?

– В седьмой, только у меня…

– Два экзамена на осень, – недружелюбно подсказал Саянов.

Но Чистов не отозвался на замечание отца и, помолчав, снова обратился к мальчику.

– И все-таки, Вадик, мне думается, ты сильный человек.

Мальчик насторожился.

– Ты понимаешь, есть люди, которым не веришь. А другому человеку доверяешься сразу. Вот смотрю я на тебя и верю: ты, если захочешь, все можешь сделать! Можешь учиться без двоек и переэкзаменовок, можешь стать хорошим пионером, а потом комсомольцем, можешь стать и штурманом. Но при одном условии: если за-хо-чешь! Понял?

– Понял, – серьезно ответил мальчик.

– Ну, а если понял, – Чистов взял Вадика за плечи и повернул к окну, – пойди и погуляй вот тут, по тротуару, а мы с папой и мамой подумаем, как тебе помочь.

Когда мальчик вышел, Чистов вернулся к своему стулу и заговорил с Саяновыми. Голос его звучал тихо, но осуждающе.

– Должен признаться, товарищи, редко, очень редко с такими вопросами к нам обращаются родители! Сюда чаще приходят люди, чтобы усыновить чужих детей, сирот, берут их из детских домов.