К завтраку Пётр вернулся, и возбуждённо сообщил:

— Будет дело! Там чтец только рад будет, так что можем идти!

— Нет, ну надо же… -не мог он успокоиться, жуя хлеб. — Просто пришёл… просить никого не надо… говорю — Тору будет читать, с пояснениями… Что ни говори, а мне Кана уже нравится! Иуда, подай молоко! Ох, хорошее молоко… Только не надо больше про Царя… ладно, Иисус? Ведь только по шее получим…

Он вытер белую струйку, стекавшую по бороде, и широко улыбнулся.

После проповеди за ними увязался тощий нескладный Фома с сухим и невыразительным лицом.

— Что говорил ты о посеянных зёрнах, Иисус?-Спросил он, терзаясь сомнением.-Не имел ли ты в виду людей?

— А ты сегодня молодец, -рассмеялся Иисус.-Пойдём с нами, Фома, и ты узнаешь не только это.

— А куда идёте вы?

— А я не знаю, -махнул рукой Иисус.-Спроси вон у него, -он кивнул на Петра.

Фома озадаченно потёр пальцами переносицу.

— Вы насмехаетесь надо мной, -наконец сообразил он.-Думал я, что вы добрые люди.

— Да мы и есть добрые люди, Фома, -дружески обнял его Иоанн.-Никоим образом не хотели тебя обидеть. Куда идём мы, Пётр?

— В Далмануфу, -буркнул Пётр.

— Вот, -сказал Фоме Иоанн.

— Пойду я с вами -и что?-С новым сомнением спросил Фома.

— А что ты хотел бы?-Уточнил Иисус.

— Я хотел бы говорить с тобой, когда пожелаю.

— А!-Сказал Иисус.-Это будет. Ещё сам попросишь, чтобы я замолчал.

— Значит так: Иисуса называть учителем, -отведя в сторону бледного Фому, обрабатывал его Иоанн, -в синагогах стоять рядом и молчать, на улицах блюсти толпу. Только кто поднимет камень… ясно?

— Не совсем ясно, уважаемый Иоанн, что значит блюсти толпу…

— Ммм… ты кто вообще, Фома?

— Дееписатель, -скромно потупился Фома.