ЛОРЕТТ. Оно написано печатными буквами. Как видите, компаньон осторожен.

ДОМИНО. Наш компаньон осторожен.

ЛОРЕТТ. Почему наш? Компаньон моего мужа.

ДОМИНО. Теперь он и мне компаньон. По несчастью. Правда, наша компания красок не производит. А вам, вам он больше, чем компаньон.

ЛОРЕТТ. Вам очень приятно меня дразнить?

ДОМИНО. Прошу прощения. Как-то вырвалось… Но еще один вопрос. Очень важный. Боюсь, что вы на него ответить не сможете.

ЛОРЕТТ. Попробую.

ДОМИНО. Интересно знать почему ваш мифический возлюбленный пишет вам печатными буквами? А?

ЛОРЕТТ (немного подумав. С азартом победителя). А потому, что мои родители были против наших отношений. Они запретили мне с ним переписываться. Когда он был в Париже — я получала его письма чуть ли не каждый день. Его почерк они изучили очень хорошо.

ДОМИНО. Придумано неплохо. Но, если я — это он, то он не должен быть дураком, причем полным дураком!

ЛОРЕТТ. Он и не был дураком. С дураком я бы не связалась.

ДОМИНО. Связались, мадам, связались.

ЛОРЕТТ (с иронией). Это вы о себе?

ДОМИНО. Нет, это я о нем. Я ведь должен играть его. А дураков я играть не согласен!

ЛОРЕТТ (раздраженно). Но почему он дурак? Он романтик… пишет письма каждый день…

ДОМИНО. И чтоб ваши родители не узнали — пишет печатными буквами.

ЛОРЕТТ. Конечно!

ДОМИНО. Чтоб они даже заподозрить не могли, от кого их дочь получает письма, чтоб у них даже мысли такой не родилось, он их подписывает: Фран-су-а! Своим собственным именем! Да?