Итак, на следующий же день принялся я составлять свои зелья, и вскоре у меня были готовы анисовая, можжевеловая и вишневая настойки, коньяк и даже вермут. Затем я разбавил все имеющееся в запасе вино (оставив лишь несколько бутылей для собственного употребления), подлил туда побольше агуардьенте, добавил немного анилиновой краски и из каждой четверти сделал две, как и обещал своей итальяночке. И еще помню, что, воодушевленный успехом, я изобрел даже новые ликеры или, вернее сказать, новые цвета; так получился у меня голубой персик, можжевельник желтый; как золото, апельсиновый битер зеленого и красного цвета и еще необычайно сладкий ванильный ликер нежно-фиолетового оттенка, которым погонщики любили угощать своих невест, ценя его за крепость, а особенно за красивый цвет.

Результаты были великолепные, посетителям изготовленные мною напитки нравились больше, чем настоящие, возможно, оттого, что они были крепче. И, спрашивая их, они всегда говорили:

– Эй, парень! Стаканчик того, что пьет хозяин!

Каролина была на седьмом небе. Однажды она мне сказала:

– Вы, не хвастая (она произносила: квастая), говорили, что у вас золотые руки, ведь мы заработали кучу денег. И… скажу откровенно… Мне нужен был именно такой корошиймолодой человек, как вы… Теперь, когда я вас узнала получше… я могу обещать… что мы будем счастливы во всех отношениях…

Все последнее время я с ней о серьезных делах не говорил, только смотрел на нее глазами недорезанного барана и всячески льстил ей, а сам думал про себя: «Теперь-то уж ты сдашься! Теперь ты сдашься, клянусь жизнью!» – уверенный, что ей от меня не уйти. Все же, прикидываясь простачком, я спросил, чтобы подразнить ее:

– А что вы хотите этим сказать, сеньора: «счастливы во всех отношениях»?

Итальянка смутилась и, зардевшись, ответила:

– Сегодня вечером, когда запрем лавку, мы обо всем поговорим… Тогда я вам объясню…