- Угу, значит, вы учитель...

Наконец-то он, кажется, уразумел; сощурившись и держа карточку в вытянутой руке, старик вернулся к остальным. Визитная карточка как будто и их успокоила. Они поднялись и ушли.

Однако старик снова вовратился.

- Ну а теперь что вы собираетесь делать?

- Да вот искать насекомых буду.

Но ведь вы опоздали на последний автобус.

- А здесь я нигде не мог бы переночевать?

- Переночевать? В этой деревне? - В лице старика что-то дрогнуло.

- Ну, если здесь нельзя, пойду в соседнюю.

- Пойдете?..

- А я, в общем, никуда особенно не тороплюсь...

- Нет, нет, ну зачем же вам затрудняться... - Старик стал вдруг услужливым и продолжал словоохотливо: - Сами видите, деревня бедная, ни одного приличного дома нет, но, если вы не против, я помогу, амолвлю за вас словечко.

Не похоже, что он замышляет дурное. Они, наверное, чего-то опасаются, может быть, ждут чиновника из префектуры, который должен приехать с проверкой. Теперь страхи их рассеялись, и они снова простые, приветливые рыбаки.

- Буду чрезвычайно признателен. Конечно, отблагодарю вас. Я вообще очень люблю останавливаться в таких вот крестьянских домах.

Солне село, ветер немного утих. Мужчина бродил по дюне до тех пор, пока были различимы узоры, прочерченные на песке ветром.

Улов, в общем, небогатый.

Сверчок и белоусая уховертка из отряда прямокрылых.

Солдатики и еще одно насекомое - он точно не помнил названия, но тоже разновидность солдатиков.

Из жесткокрылыъх, которых искал, - только долгоносики.

И не попалось ни одного экземпляра из семейства мух, которые, собственно, и были целью поездки. может быть, завтрашние трофеи принесут радость...

От усталости перед глазами у него плавали какие-то тусклые блики света. Вдруг он непроизвольно остановился и стал всматриваться в поверхность темной дюны. Тут уж ничего не поделаешь: все, что двигалось, казалось ему шпанской мушкой.