Побежали за Шликельманом, генеральским адъютантом. Гиршель позеленел, раскрыл рот, выпучил глаза. Явился адъютант. Генерал отдал ему надлежащие приказания. Писарь показал на миг свое тощее рябое лицо. Два-три офицера с любопытством заглянули в комнату,

- Сжальтесь, ваше превосходительство,- сказал, я генералу по-немецки, как умел,- отпустите его...

- Вы, молодой человек,- отвечал он мне по-русски,- я вам сказывал, неопытны, и посему прошу вас молчать и меня более не утруждать.

Гиршель с криком повалился в ноги генералу.

- Ваше превосходительство, помилуйте, не буду вперед, не буду, ваше превосходительство, жена у меня есть... ваше превосходительство, дочь есть... помилуйте...

- Что сделать!

- Виноват, ваше превосходительство, точно естем виноват... в первый раз, ваше превосходительство, в первый раз, поверьте!

- Других бумаг не доставлял?

- В первый раз, ваше превосходительство... жена... дети... помилуйте...

- Но ты есть шпион.

- Жена... ваше превосходительство... дети... Генерала покоробило, но делать было нечего.

- Сообразно законов, повесить еврея,- проговорил он протяжно и с видом человека, принужденного скрепя сердце принести свои лучшие чувства в жертву неумолимому долгу,- повесить! Феодор Карлыч, прошу вас о сем происшествии написать рапорт, который...

В Гиршеле вдруг произошла страшная перемена. Вместо обыкновенного, жидовской натуре свойственного, тревожного испуга на лице его изобразилась страшная, предсмертная тоска. Он заметался, как пойманный зверек, разинул рот, глухо захрипел, даже запрыгал на месте, судорожно размахивая локтями. Он был в одном башмаке; другой позабыли надеть ему на ногу... кафтан его распахнулся... ермолка свалилась...

Все мы вздрогнули; генерал замолчал.

- Ваше превосходительство,- начал я опять,- простите этого несчастного.