Заплатив за место на рынке, он встал в ряд с торговцами со своим объявлением. Оно собрало около него солидную, веселящуюся толпу зевак. Среди них оказалось несколько бывших зеков, в которых Жиган узнал «своих» с первого взгляда. Точно так же они углядели в нем товарища. Один из них, долговязый парень лет тридцати пяти, улыбаясь, показывая в улыбке полный комплект золотых зубов, поинтересовался:

— Хохмишь, земляк, со своим объявлением или на самом деле?

— Как получится, — беспечно ответил ему Жиган, пританцовывая, не давая возможности замерзнуть ногам. — Ты, кореш, помоги мне отогнать от себя мужиков-балбесов, а то из-за них бабы не могут меня созерцать.

— Это мы сейчас устроим, — довольный порученным, согласился долговязый. — Вы, мужики, к моему другу на очереди? У него в объявлении речь идет о вдовушках, а не о петухах. Голубые кучкуются и кукарекаются обычно около туалета, можете двигать туда и занимать там очередь.

Сконфуженные такой бестактностью долговязого, оскорбленные, многие мужчины разошлись, но все равно несколько ротозеев продолжали гоготать около Жигана, споря между собой, «клюнет» на него какая-нибудь женщина или нет.

Проходивший мимо Жигана розовощекий, полный мужчина лет пятидесяти, прочитав его объявление, удивленный текстом прочитанного, бросил:

— Как вы могли опуститься до такой низости? И не стыдно вам так юродствовать?

— Когда моя будка станет такой жирной, как у тебя, тогда я, может быть, поговорю с тобой о совести и смысле жизни, а пока, пончик, проваливай своей дорогой.

По-видимому, по наводке «пончика» к Жигану подошел сержант милиции.

— Что за безобразие здесь творится? — прочитав объявление, обратился тот к Жигану строго официальным тоном.

— Видишь ли, начальник, я только что освободился из «Гандзи», — показывая ему справку об освобождении из мест лишения свободы, сообщил замерзший Жиган. Пока сержант занимался с ней, Жиган продолжал дальше развивать свою мысль: — Воровать пока нет намерения. Решил поступить на работу в частный сектор или мне, как зеку, уже и работу искать нельзя, — не зная, какое можно и должно принять решение.