Дальше Фальконет читал без помех, водя пальцем по строчкам, явно наслаждаясь своим стилем и почерком. В писании его перечислялись все те ужасные мучения, которые лучшие граждане Авиньона претерпели от Журдана или что они слышали от других. Перечислялись все те дома, которые по его приказанию были разграблены, и те драгоценности и деньги, кон были изъяты. Бигоне не сводил глаз со своего врага и в душе уже определял все те мучения, которые тому должно было перенести до утопления его в Сорге. И как только определил, так уже не мог дольше терпеть, вскочил и громовым голосом воскликнул:

— За все это ты отплатишь сторицей! Десять вертелов вот этими самыми руками загоню я в твое мерзопакостное тело.

И, видя, что Журдан стоит неподвижно, посчитал его совершенно потрясенным и перепуганным, и порадовался этому. Охваченный гордостью победителя, он обратился к нему и сказал:

— Я аристократ и великодушен, а посему даю тебе выбор. Куда ты хочешь, чтобы тебе привязали камень, к рукам или к ногам?

Журдан с минуту подумал, потом спросил:

— А какая глубина в Сорге в том месте?

Бигоне ответил:

— Шесть футов.

— Тогда лучше к ногам.

Бигоне удивленно спросил:

— Почему?

— Потому, что тогда я еще смогу высунуть из воды кулак и показать его тебе и всей твоей банде.

Сознавая свое могущество, Бигоне спустил мерзавцу и это оскорбление и великодушно сказал:

— Пусть будет так, как ты хочешь. И еще: сколько времени тебе нужно, чтобы отправиться на тот свет? За час успеешь покаяться в своих бесчисленных грехах?

Журдан ответил:

— В грехах каются те, кто умирает своей смертью. Грехи убиваемого остаются на совести убийцы. А мне достаточно полчаса, чтобы начистить пряжку на втором башмаке. Сколько сейчас?

Бигоне влез на табурет и взглянул на звезды.