У Тема в руке был тюбик черной масляной краски, и он как раз обводил очередное ругательство большим овалом, как всегда одновременно похохатывая - ух-ха-ха-ха. Но когда Пит и Джорджик со мной поздоровались, вовсю щеголяя ощеренными в дружеских улыбках зуббями, он завопил во всю глотку: "Наконец-то, их величество прибыли, ур-ра! " и сделал что-то не вполне понятное на манер салюта с прищелкиванием каблуками.

- Мы беспокоились, - сказал Джорджик. - Сидим-сидим, пьем fшертово молоко с ножами, а потом думаем, вдруг на тебя нападут или еще чего-нибудь, вот и пришли на подмогу. Как, Пит, я правильно излагаю?

- Верно, верно, - ухмыльнулся Пит. - Иззи-винни-нитте, - осторожно проговорил я.

У меня немножко тыквa разболелась, пришлось это дело зaспaтт. А родители не разбудили меня, когда я им велел. Что ж, мы собрались тем не менее и вместе возьмем то, что нам предложит старушка нотш... н-да. - Я поймал себя на том, что подхватил это дурацкое лишнее "н-да" у П. Р. Дельтоида, моего наставника по перевоспитанию. Очень странно.

- Насчет тыквы - сочувствую, - сказал Джорджик как-то даже чересчур участливо. - Много думаешь, не иначе. Приказы, дисциплина, то, се... Но она прошла, ты уверен? Уверен, что тебе не захочеця снова пойти прилечь? - И все они эдак подленько зaостшe-риaлисс.

- Постой, - проговорил я. - Давай-ка проясним обстановку. Этот сарказм, если я правильно понял вашу интонацию, не идет вам, о дружина и братие. Возможно, вы устроили маленький такой сговоритинг за моей спиной, потешились на славу, отпуская шуточки и тому подобный кaл. Однако в качестве вашего друга и предводителя я, видимо, имею все-таки право знать, что происходит, или как? Ну-ка, давай, Тем, выкладывай, что означает эта твоя дурацкая обезьянья ухмылка? - Я это не случайно по Тему проехался - он как раз стоял с открытым ротом и вид являл совершенно Ье-злимни.