Никола вздохнул и даже облизнулся, вспомнив о двух весельях подряд: когда на свадьбе Филиппа Василий Иванович попросил у него сестру в жены и Филипп согласился, все так обрадовались, что под горячую руку решили не откладывать надолго, а к тому же их общему лучшему другу князю Андрею в Литву на службу надо было возвращаться, и потому на третий же день отец Мефодий повенчал хозяина с Анницей в новой церкви, и все перешли с одной свадьбы на другую, и было так весело, как, должно быть, еще никогда не было в этих краях, тем более что тут подоспел во время подарок, который прислал князь Федор Бельский Медведеву на новоселье — ведь он еще ничего не знал о свадьбе — но подарок тот пришелся как раз впору — ибо это были не больше, не меньше как несколько сот бутылок отменных вин, прибывших на трех повозках из замка Горваль — благо, что когда дом строили Василию Ивановичу, погреб-то добрый сделали, да пустой он стоял — вот теперь и заполнился, хотя тут же сразу и слегка опустел… Вот уж две недели минули с тех пор, а все нет-нет да и вспоминается то да се… Василий Иванович — щедрой души хозяин — всех людей своих княжеским вином угощал — славное винцо, да только послабей бражки да медовухи будет.… Хотя особо не распивалась, нет, Медведев строго за этим глядел, мол, свадьбы-свадьбами, а в карауле стоять надо — мало ли что…

Но ничего не стряслось, не случилось, ничто веселья свадебного не омрачило, тишина да благодать и, даст Бог, надолго теперь мир воцарится в этой земле, так что придется, видно, скоро слезать с этой вышки, да браться за соху, или за что еще скажут, хотя, по правде говоря, не очень-то и охота — что ни