И только Никола начал размышлять о том, как повлияет женитьба на лихой и воинственный нрав хозяина, когда вдруг почти бессознательно почуял, будто что-то неуловимо изменилось. Он мгновенно встряхнулся и вытянул шею, прислушиваясь — да-да, нет сомнения, где-то в лесу со стороны монастыря едва слышно приближался глухой стук копыт на лесной дороге, ведущей вдоль берега. Конечно, дернув за шнур, Никола мог бы разбудить спящего в охранной избушке под вышкой Клима Неверова и сообщить ему, что со стороны Медыни к Медведевке двигаются трое или четверо всадников, что само по себе довольно странно, потому что нормальные люди не ездят по ночам через незнакомые леса и, значит, их ведет что-то важное и срочное, но он не стал преждевременно поднимать тревогу — а может это монахи ехали в монастырь, да заблудились, не на ту дорогу свернув, а сейчас, добравшись до перекрестка, и увидев оттуда сквозь просвет маковки монастырской церкви, сверкающие золотом под луной, повернут вспять, а если нет — ну что ж, — около перекрестка несет караул Ивашко Неверов, который уже конечно видит их с малого расстояния; он определит по виду, что за люди, и если они ему не понравятся, он по скрытой лесной тропе приедет сюда доложить об этом, намного опередив неизвестных гостей.
Никола внимательно огляделся по сторонам и прислушался — Медведев учил его, заметив что-то подозрительное в одном месте, немедленно посмотреть по сторонам — быть может, это только отвлекающий маневр, а настоящая опасность подкрадывается совсем не оттуда. Все вокруг было спокойно.