— Я-то как раз и приехал, чтобы поговорить об этом. Послушай. Мне передали тайную весть — в Новгороде готовится восстание. Они приглашают меня на княжение.
— Это несерьезно. Иван бросит туда свое огромное войско и город, как всегда, сдастся.
— А если кто-то отвлечет это войско совсем в другую сторону?
— Кто и в какую?
— Хан Ахмат — на юг. Москва давно не возит дань в орду. Ахмат в бешенстве.
— Да, но мы не можем иметь ничего общего с врагами всего русского народа.… Вот иное дело — король Казимир… — задумчиво говорит Борис, — Отец завещал обращаться к нему за помощью, если Иван начнет притеснять нас…
— Конечно! — подхватил Андрей. — Ахмат с юга, король с запада, а если еще вдруг Ливония зашевелится.… Тогда Ивану без нас — никуда. Вот тут-то мы ему и припомним все обиды. И либо он выполнит все наши справедливые требования, либо…
— Ну что ж… Придумано неплохо.… Только король сейчас в Польше…
— Он должен скоро вернуться. Литвины очень его торопят.… Срок-то давно прошел…
— Надо все обдумать и подготовиться. Как, по-твоему — сколько у нас есть времени?
Андрей вздыхает.
— Мало. Не больше месяца.
НОВГОРОД ВЕЛИКИЙ. ДОМ АРХИЕПИСКОПА ФЕОФИЛА
— … И потому говорю вам — помните! — это последняя наша надежда на обретение свободы. Если до ушей Ивана Московского дойдет хоть полслова из того, о чем мы сейчас говорили — наши головы полетят с плеч, а Великому Господину Новгороду — рабство и покорность на веки вечные! Теперь же ступайте да исполняйте все, что мы решили сообща, и да поможет нам Господь в святой борьбе за свободу! Во имя Отца и Сына и Духа святого — аминь!
Закончив свое обращение, архиепископ новгородский Феофил молится с присутствующими. Каждый из них подходит к владыке, чтобы поцеловать руку старца и получить благословение. Здесь люди разных сословий — бояре, купеческие старосты, представители белого и черного духовенства, ремесленники и даже юродивые. Каждый из этих людей, надежных и проверенных выйдет отсюда и сделает все, чтобы вооружить, подготовить новгородцев и вдохновить их на борьбу с московским владычеством.