Нужно заметить, что эта особенность галисийской литературы, наметившаяся еще у ее истоков, оставалась практически неизменной вплоть до XX века. После объединения Испании в 1492 году в единое государство Галисия входит в его состав и превращается практически в колонию, у которой нет даже своего представителя в кортесах, парламенте тех времен. Духовенство, игравшее большую роль в общественной жизни, присылалось только из Испании, и соответственно богослужение, бывшее едва ли не единственной формой соприкосновения простого народа с культурой, отправлялось на испанском языке. Преподавание в университете центрального города Галисии, Сантьяго-де-Компостела, велось на латыни или на испанском. Постепенно галисийский был практически вытеснен из обихода людей образованных, и лишь неграмотные крестьяне еще помнили его. Так продолжалось вплоть до Войны за независимость с наполеоновскими захватчиками, когда начало пробуждаться национальное самосознание, в основном среди мелкой буржуазии и землевладельцев. Возникает собственное книгопечатание, в 1868 году публикуется первая грамматика галисийского языка. Постепенно галисийская литература набирает силу, хотя она рождается как бы заново после нескольких веков, вне какой-либо связи с национальной традицией.

В XX веке Галисия дала стране многих выдающихся писателей. Достаточно назвать Рамона даль Валье-Инклана, Гонсало Торренте Бальестера, Камило Хосе Селу. И хотя художественный мир каждого из этих писателей в большей или меньшей степени несет отпечаток национального галисийского колорита, связь эта все же скорее тематическая — писали они все по-испански. И только в творчестве Эдуардо Бланко Амора (советский читатель знаком с ним по повести «Загуляли») и Альваро Кункейро Галисия в полной мере обрела собственный голос.

Альваро Кункейро, этот кудесник слова, родился в 1911 году и всю жизнь — он умер в 1981-м — прожил в самом сердце Галисии.