Я ползал на четвереньках по крыше яхт-клуба с паяльником в руках и кроил парусную ткань. Поползав с час, умышленно прерывался, смотрел на результат, потом в небо с целью осознания момента. Я чувствовал себя творцом, и производство становилось для меня процессом рождения чуда. Что может быть более захватывающим, чем материализация мечты-идеи?! Я глубоко убежден, что именно на таких мечтах стоит мир. Исчезнет некоммерческая мечта — и мир померкнет, не имея причины для радости.

Парус — особенная часть судна. Он нужен не только для того, чтобы ветер над морями не носился зря, а еще и для поддержания романтического настроя мореплавателя на надлежащей высоте. Мой романтический настрой он поднимал до небес даже в несшитом состоянии, лежа на крыше яхт-клуба.

Меня никто не учил, как делать паруса, эту науку пришлось познать самостоятельно через ручной труд и умственные страдания над чертежами.

Сшить парус вручную практически невозможно. Помог яхтклубовец Саша Гарайский. Когда шитье завершилось, я сразу же полез на крышу собирать каркас, чтобы поставить мачту и поднять парус: надо было посмотреть, какое у него будет "пузо". Это как раз та самая штука, ради которой делается фигурный раскрой и от чего зависит, как лодка поплывет.

Скрутил и свинтил все необходимое, привязал парус к рейкам и, преисполненный торжественностью момента, потянул за веревочку — парус поднялся и надулся. Пузо получилось что надо. Я испытал восторг.

Надутие ветром паруса на крыше яхт-клуба ознаменовало начало цепочки праздничных событий, связанных с окончанием строительства. Из многих частностей и деталек начала появляться на свет цельная вещь.

Чудесная сила отрывала меня с насиженного места. Душа моя была уже где-то не здесь, а тело должно было еще находиться в Ялте и проявлять заботу о необходимых технических деталях, которые надо было обязательно учесть, чтобы отправиться в дальние страны и при этом не отдать концы преждевременно по недоразумению.