Тракторами, иной техникой челядинский зять обзавелся. Но в кабину, за рычаги, как мудрая Лелька вещала, он не полез. За поллитру ли, за что еще, но земля его была вовремя вспахана, где надо - засеяна. И сам бригадир Чапурин помог ее щедро удобрить.

Скотные дворы колхоза на хуторе не убирались который уже год. Это когда-то были "отряды плодородия", районная "Сельхозтехника" помогала, а теперь лишь изредка сдвигали навоз, нагребая за курганом курган вокруг фермы. Потом и вовсе бульдозер сломался. Нечищеные базы тонули в навозе.

Как-то летом Костя пришел к бригадиру, сказал:

- Не против? Я навоз заберу с базов.

- Как заберешь? Куда? - не сразу понял Чапурин.

- Себе на поля. Под озимку.

- Молодец. А чем ты его вывезешь? Мартиновну запряжешь?

- Мое дело, - уклончиво ответил Костя. - У тебя коровы на базах плавают по брюхо. К осени тонуть начнут. Я вычищу. Тебе благодарность объявят за чистые базы.

- Забирай, агитатор, - недолго думая согласился Чапурин. - Я погляжу, как ты его вывезешь.

На следующий день на колхозных скотьих базах урчали бульдозер да скреперы, шеястый экскаватор. Могучие самосвалы один за другим потянулись на челядинское поле.

Отряд районного автодора, что недалеко от хутора асфальтовую дорогу вел, одним махом с навозом разделался. Чапурин лишь завистливо глядел на эту картинку, прикидывая, как ему придется отбрехиваться в правлении колхоза. Скажут, что продал навоз.

А вечером бригадира ругала жена:

- Всю жизнь работаешь, ни днем ни ночью покоя нет... А чего заслужил? Медаль? Внукам играть? Затюремщик деньги будет грести, а ты слюнки глотай. Или - к нему, внаймы, на старости лет.

Чапурин лишь вздыхал:

- Жизнь такая пошла.

- А к ней применяться надо, к этой жизни. Навоз ему задарма отдал?

- Сумел человек. Молодец. Почистил базы.

Он и Костю при встрече похвалил:

- Молодец.