-- Я только хотел спросить насчет машины.

-- Как сквозь землю провалилась, -- жаловался писатель.

-- Ничего, я вечером зайду.

В конце недели Григорий Борисович принял решение. Дневным автобусом поехал в Монтиселло. Зашел в игрушечный магазин ?Плейленд?. Выбрал машину за сорок шесть долларов. Вернулся. Разыскал Ариэля и вручил ему большую, довольно тяжелую коробку

-- Играй, -- сказал он.

Мальчик смутился.

-- Зачем? -- говорил он, срывая пластиковую ленту. -- Не беспокойтесь. Она найдется...

А потом:

-- К тому же это, в общем, другая машина. Капот не открывается.

-- Капот? -- переспросил Григорий Борисович. -- А я и не заметил. Колеса, думаю, на месте... Дверцы, руль...

-- Это не та машина, -- весело сказал Ариэль.

И положил ее в коробку. Поролоновые крепления вставил. Ленту приклеил на старое место.

-- Может, сойдет? -- упавшим голосом выговорил писатель.

-- Вы не беспокойтесь. Подумаешь, машина. У меня их штук двадцать пять. Правда, у той был капот. И фары.

-- У этой тоже фары.

-- У той были никелированные... Она найдется. Вы на кухне смотрели?

-- Смотрел.

-- А за плитой?

-- За плитой еще не смотрел.

-- Может, она там?

Григорий Борисович вынул из стола рейсшину. Долго водил ею за газовой плитой. Выкатил оттуда россыпь дряни, напоминавшей экскременты.

-- Не густо, -- сказал писатель.

-- Найдется, -- в который раз повторил Ариэль...

Короче, лето превратилось в ад. Ариэль появлялся, как тень отца в "Гамлете". Ужасом веяло на писателя от его слов:

-- Не беспокойтесь. Она найдется.

Писателю снились автомашины. Они съезжались к нему, беспомощному -черные, громадные. Капоты их были угрожающе подняты. Никелированные фары сверкали.

Писатель обратился к Мишкевицеру. Тот сказал:

-- Да бросьте. Подумаешь, машина. У него их целый автопарк. Найдется... Вы на чердаке смотрели?