То ли по ошибке, то ли почувствовав безнаказанность, он имел неосторожность наградить знаком своего внимания нашего калининградского парнишку (он был кажется из Прибрежки, фамилия Захаров, как звать не помню, учились с ним в хабзайке в одной группе). Результатом был красивый удар в челюсть и еще один удар оружейным молотком, пришедшийся в плечо. Все калининградцы вскочили, Багдавадзе понял, что ловить нечего, соплеменников в нашем взводе у него не оказалось (занятия проводились повзводно), но обиду затаил.

      Мы договорились с прибалтами, что в случае замеса действуем сообща, ремни спрятали под подушки, чтобы при угрожающей ситуации пустить их в ход.

      Для кавказцев это оказалось полной неожиданностью. Битву затевать не стали по обоюдной договоренности, ибо скрыть такое побоище не представлялось возможным, и карательные санкции со стороны командования последовали бы незамедлительно. В результате переговоров достигли почти исторической договоренности: каждый блок выставляет по одному бойцу, сильнейшему с точки зрения его земляков и на следующий день во время тихого часа между ними устраивается поединок на этом же месте. Для безопасности устраивается двухуровневая система охраны и предупреждения появления начальства. На том порешили и разошлись пока по мирному.

      Собравшись вместе, стали думать, кого же выбрать. И тут выяснилось, что один парнишка, призванный из Латвии, является ни кем иным, как мастером спорта по боксу в легкой весовой категории. Я бы никогда не подумал такого, глядя на него — он был чуть выше меня, слегка пошире в плечах. Звали его Марис, но носил он русскую фамилию Сенин. Соответственно, мы его и выставили на предстоящий файт. Со стороны чеченов был горбоносый абрек (фамилию не упомню), который, по моим наблюдениям в спортгородке весьма активно махал ногами и был почти на голову выше Мариса.